Религиозная хроника

Французский регион Лангедок гордится сегодня ересью, которая процветала некогда на его землях. Сегодня в качестве туристической приманки в местных ресторанах даже предлагают катарское вино или катарское жаркое, не говоря уж о визитах таких священных мест, как полностью разрушенная крепость Монсегюр, которую римская церквоь называла «сатанинской синагогой». Однако на самом деле мы знаем о катаризме мало – в основном благодаря описаниям уничтожившей это течение инквизиции.

На деле, речь идет об организованной христианской церкви, которая сложилась в 11-12 веке на юге Франции, во владениях графов тулузских. Священники назывались там совершенными, а из религиозных таинств имелось лишь одно, под названием консоламент. Что это такое, известно только приблизительно, потому что описания этой церемонии имеются лишь католические, а католики воспринимали катаров как заклятых врагов. У катаров не было ни символов, ни мест для молитвы, ни даже креста. Крест, который часто называется катарским, является на деле символом Тулузы.

Первые сведения о предшественниках катаров восходят к началу 11 века – в 1022 году двенадцать орлеанских каноников были сожжены на костре за ересь. Их обвиняли в том, что они поклонялись дьяволу, который являлся им то в форме негра, то в виде ангела Света. В 12 веке катаров во многих местах во Франции обвиняли в тайных сатанинских ритуалах. В начале 13 века теолог из Лангедока Ален де Лилль так описывал катаров: «На своих тайных сборищах они делают отвратительные вещи. Их называют катарами от латинского катус, кошка, потому что рассказывают, что они целуют кошачий зад». И хотя сегодня уже никто не верит в подобные утверждения, за катарами все же сохранилась репутация тайной эзотерической секты.

Однако, французский историк Анн Бретон, которая много лет посвятила исследованию катаров, пришла к совсем иным выводам. Бретон показывает, на основе многочисленных документов, что пока на них не обрушились репрессии, инициированные католической церковью, катары были обычной церковью, в которую входили «добрые христиане», озабоченные очищением души. И только репрессии загнали катаров в подполье и превратили последних из них, нещадно преследовавшихся инквизицией, в тайных священников. По мнению Анн Бретон, катаризм является самостоятельной ветвью христианства, которая восстает против папского авторитета.

Сами катары определяли себя как единственных законных

Развалины катарской крепости Пюи Лоран
http://pagesperso-orange.fr/joseph.anglade

наследников апостолов, которые образовывали единственно верную церковь. Именно так говорили перед костром еретики-катары, которых сожгли в Кельне в 1143 году. И действительно, катары сохранили некоторые архаичные черты христианства. Ведь несмотря на распространявшуюся о катарах информацию, согласно которой они секретно исповедовали гностические и манихейские учения, в действительности катары руководствовались исключительно Евангелиями и почти полностью принимали Ветхий завет – за исключением книги Бытия.

По существу, во многом моральное учение катаров было очень близко католической доктрине. Однако, были и существенные различия: подчеркнутый дуализм между Богом и миром, отказ от воспевания божественной природы Иисуса, вера в безграничную доброту Бога-отца и в спасение всех душ человеческих, падших ангелов царства небесного. Даже дуализм катаров основан не на постулатах манихейства, а на Евангелии и первом послании Иоанна, или же на притче о плохом и хорошем дереве, которые распознаются по их плодам. И это воспитание добра доступно не группке посвященных, как у гностиков, но всему народу.

Как же осуществляется всеобщее спасение у катаров? Тут-то и надо вернуться к понятию консоламента, который соединяет в себе функции крещения, посвящения в священники, покаяния и причастия. Консоламент – это церемония вступления в жизнь по-христиански, которая очищает от грехов и спасает душу. «Все души хорошие и равны между собой, и все будут спасены. Никто не будет исключен из божественного спасения».

Это мирное послание надежды нравится простым людям. И в Европе 12 века, несмотря на преследования инквизиции и сожжения катарских «псевдо-апостолов» на кострах в Льеже или Кельне, катарская церковь получает относительно широкое распространение. Хорошо организованная сеть церквей появляется в Окситании (то есть на юге современной Франции) а затем в Италии. Катары пользуются покровительством просвещенных каст аристократов – окситанских феодалов и гибелинов итальянских городов-республик.

В первой четверти 13 века на территории нынешней Франции и Италии действовало пять катарских церквей, каждая из которых была подчинена епископу, обладающему правом рукоположения, и двум его помощникам, названным Сын Старший и Сын Младший. Кроме этого, при каждой Церкви был церковный совет. На местах эта церковь была представлена диаконами, которые в своих округах посещали дома хороших мужчин и хороших женщин, как назывались примерные катары, нечто вроде монастырей или молитвенных домов. Таких заведений, которыми руководили старейшины, было бесчисленное множество, они играли большую социальную роль в городах и деревнях. Именно там проходили обучение новички, дети обучались катехизису, оказывалась помощь нищим и больным.

Сами знатные феодальные семьи часто отдавали своих детей катарам и во всяком случае покровительствовали этому движению. Культ был открыт для всех. Катары-служители носили черную одежду, как бенедиктинцы. Епископы и диаконы проповедовали по воскресеньям и праздникам с амвона, давая комментарии к евангелию на тему дня. Не было никакого разрыва между кастой священников и всеми остальными прихожанами, каждый верующий мог стать «хорошим христианином», то есть священником.

Но в начале 13 века для катаров наступают страшные времена. Крестовый поход против окситанских князей, покровителей еретиков, к которому призывал Ватикан, был осуществлен французской короной, стремившейся захватить новые территории. После подчинения феодальных княжеств, все катарские церкви становятся подпольными, и с 1233 года на побежденную страну как кровавые псы накидываются инквизиторы, посланные папским престолом.

Крепость Монсегюр
Wikipedia

В течение века катарская церковь продолжает существовать, несмотря на преследования. Однако, после падения крепости Монсегюр, где кучка окситанских рыцарей противостояла королевской рати, после большого костра 1244 года, на котором была сожжена вся верхушка катарского духовенства, борьба становится безысходной. Остатки катарского духовенства добираются до Италии, где существует еще сопротивление Инквизиции. Однако и там в 1269 году происходит окончательная победа гвельфов, то есть сторонников папы, над гибелинами, сторонниками императора, что открывает эпоху репрессий и на итальянской земле. Последний всплеск катаризма происходит в начале 14 века, когда Пейре Отье пытается возродить катарскую веру. Но его и всех его братьев также ожидает костер. Перед тем, как взойти на костер, Отье произносит замечательную фразу: «Ибо есть две христианских церкви: одна подвергается гонениям и прощает, другая властвует и сдирает кожу.» На этом движение катаров прекратило свое существование.